<< назад
Продолжение, с.9

Лесков же в рассказе «Бесстыдник», сведя вместе недавно воевавших на Крымской войне офицеров, устраивает диспут о русском национальном характере и выясняет, как ведет себя наш соотечественник в экстремальных ситуациях. Целый ряд произведений автора «Очарованного странника» озвучивает ту же тему. Специфика русского человека отражена в образах Гоголя, Островского, а быт Обломовки вырастает у Гончарова в идиллию патриархального бытия в его именно национальном виде. Русские писатели могли увлечься, не сразу приходили к мудрому, взвешенному решению (тот же Лесков не включал в свои собрания сочинений повесть «Железная воля», где односторонне представил немецкий национальной характер, затем он исправил свою ошибку в «Колыванском муже»; известны публицистические высказывания Достоевского, которые излишне пристрастны и несправедливы по отношению к людям других национальностей). Но в целом мы можем говорить о преимущественно гуманистическом, человечном решении и этих острых вопросов нашими писателями. Говоря о русском, классики гнушались раздутого национального самомнения, им было чуждо преувеличение и выпячивание лишь положительных черт в национальном характере. Настроения наших писателей в какой-то мере подытожены в пушкинской речи Достоевского, где речь идет о Пушкине как «провозвестнике общечеловеческих начал», где звучит призыв к всемирному братству и единению. Способность соединять всемирное и национальное, вести диалог и со своим народом, и со всем человечеством -замечательное свойство нашей классической литературы.

Удивительный расцвет отечественной литературы в XIX в. неотделим от многоразличия писательских судеб, индивидуальных воль и почерков. Пророки с насупленными бровями, глядящие в даль будущих эпох, пропревающие грядущее, и энергичные практики текущего, захваченные сиюминутностью общественной страды, знатоки человеческого сердца и док-юра социальных наук, умудренные мыслители и неистовые страстотерпцы, фантазеры-мечтатели и свидетели-очевидцы, подвижники идеала и рыцари отрицания, признанные поводыри людских множеств и одинокие скитальцы, сгинувшие в родных, но безжалостно тесных пределах... За :ним многообразием - новое представление о писателе, о его возможностях и роли. Переосмысление содержания деятельности художника и • и о миссии началось в пушкинскую эпоху, и творец «Евгения Онегина» исходил уже из понимания общественного и народного предназначения поэта. Однако Пушкин же сформулировал и понимание статуса поэта в обществе как независимой величины, самодостаточности его дела, нужного людям.

продолжение