Пять лет назад в промышленном сибирском городе Новокузнецке я увидела подростковые дворовые клубы. Размещались они в подвалах жилых домов, были уютно устроены, и подростки шли в эти клубы охотно и даже как бы без агитации. Хотя нет — агитация, пожалуй, была. Клубы «ловили» ребят на особенность их возрастной психологии. Предлагали, например, туризм (клуб «Ветер странствий») и то, что ему сопутствует: соорудить за зиму галеру и паруса или катамаран, чтобы летом отправиться в водный поход, или самим сшить палатки, теплые спальные мешки, бахилы — и пойти в зимний лыжный поход на все зимние, или осенние, или весенние каникулы — зима в Сибири наступает рано и длится долго. Был клуб «Самбист», тут уж, как говорится, комментарии излишни, громадной пользовался популярностью. В другом микрорайоне — теннисный клуб «Бригантина» с тренерами, с хорошо организованной спортивной жизнью: тренировками, соревнованиями, общими праздниками, а не так чтоб заглянуть на «огонек» и покидать мяч туда-сюда в свободную минутку.

Хотя опять же стоп: именно просто на «огонек» в первый раз чаще всего и заглядывали подростки в эти клубы. Двери были открыты допоздна и для всех: гуляешь со своей компанией во дворе — заходи. Понравилось — оставайся. Никаких тебе вопросов, кто, да откуда, да как учишься. Никаких немедленных записей. Приглядись сначала. Пришел раза три-четыре — свой человек. Учителя 93-й школы, расположенной по соседству с «Ветром странствий», поименно называли мне ребят, которые, заглянув вот так в подростковый клуб на «огонек», «пропадали» для вольной жизни в случайных компаниях.

В ближайшие годы, как мне тогда сказали, в переоборудованных благоустроенных подвалах Заводского района собирались открыть еще несколько таких клубов, чтоб хотя бы на два-три микрорайона один свой «огонек» светил для подростков. Интересно, что инициаторами рождения этих клубов и их хозяевами были не педагоги и не работники местных Советов, что резоннее всего предположить, а люди, у которых главная и первостепенная забота — производство металла, руководители и профком Западно-Сибирского металлургического комбината. Никто их к этому не обязывал. Больше того, штаты все были расписаны и учтены многочисленными грозными инструкциями (создавали первый клуб еще в 70-е годы), а незапланированное дело требовало незапланированных работников. И были, конечно, случаи, когда приходилось инструкции обходить...

В разговоре с хозяйственниками и сейчас легко заметить рожденное в те годы словечко «прятать». «Прятать» по совсем иным статьям расхода честно заработанные и честно потраченные деньги; «прятать» работников — живых людей; «прятать» дело, которое уже выросло и — вот оно, у всех на виду. Жизнь саморазвивающаяся неизбежно входит в конфликт с жизнью строго зарегламентированной, и все это понимали, в том числе и контролеры. Однако... не сумел или не захотел спрятать — держи ответ.

Я это к тому говорю, что Запсиб славы за свою инициативу не ждал и не очень ее афишировал. Да и само оно это дело, родилось не ради красивого отчета, а из властного требования жизни: тяжелая картина складывалась в Заводском районе с подростковой преступностью. Ни школа, ни пионерские клубы по месту жительства, рассчитанные на интересы послушных младших школьников, ребятам в возрасте риска не могли предложить ничего захватывающего. Запсиб взялся предложить.

...Вспоминают: когда решали, как разместить «Ветер странствий», и выяснилось, что в том микрорайоне, где есть подходящий подвал, металлурги не живут, а живут семьи строителей, Борис Родионович Махалов, в то время председатель профкома комбината, сказал так: «Все дети — наши». И клуб оставили в микрорайоне строителей. О Махалове на Запсибе и сегодня говорят как о человеке, отличающимся «стратегическим мышлением»...

1 2 3 4 5